А из больных? А если перед вами лежит труп, и вы знаете, что убийцей может оказаться маньяк, который решил вернуться на место преступления? Психам ведь плевать на осторожность — пальнет в спину и будь, что будет. А вот вам с дыркой в сердце вряд ли станет легче от того, что душегуба сразу схватят и упекут в тюрьму, и даже если его застрелят при задержании, все равно не станет легче, потому что на том свете уже другие виды на жизнь. Вот поэтому сейчас лучше постоять и подумать, как лучше повести себя дальше.

— Кто у вас главный? — прохрипел голос за спиной.

— С-следователь, — выдавил Фокин.

— Где он?

— Вон, с папкой в руках.

— Баба, что ли? — удивился незнакомец.

— Угу, — кивнул Олег.

— А с ней кто?

— Эксперты, шофер.

— Сам, кем будешь?

— Да так, смотрю тут.

— А чего смотришь, когда поквартирный обход должен делать?! — гаркнул незнакомец голосом Полынцева.

Олег нервно закашлялся.

— Ты думаешь, я тебя не узнал, Андрюха?! Сейчас как врежу за такие шутки!

— Да ладно, не заводись. Просто смотрю, стоит человек, покуривает, в то время, как другие жилмассив утюжат. Ты почему, кстати, один — где ваше славное отделение?

— Кто на больничном, кто на учебе, мы одни с Тимохиным остались. Думаю, нужно рапорт написать, чтобы тебя на время к нам прикрепили, а то сами запурхаемся, дел выше крыши.

— Я и так подключусь, не волнуйся. Мне бы шашку, да коня — да на линию огня, — Полынцев принял позу всадника и срезал ребром ладони невидимого врага.

— Вот, вот — бери ручку, да бумажку и бегом в пятиэтажку.

— Ого, стихами заговорили, господин поэт?

— Не обзывайся, пошли лучше в машину погреемся, а то я уже под собой ног не чувствую.