Френсис Мэйсон вздрогнул и посмотрел назад, в сторону форта.

- Я слежу, - сообщил Бидж. - Там все спокойно. Но через несколько минут кто-то появится с другой стороны, из-за желтого холма. Хорошо бы вы сели и вели себя так, как будто вас это не касается.

Через несколько минут он сказал:

- Едут два индейца.

Бидж выстрелил в воздух из ружья и пошел навстречу всадникам, выкрикивая на языке шайенов:

- Добро пожаловать, друзья! Добро пожаловать!

Приветствие стрельбой в воздух из ружья - старинный знак мира - в настоящее время стало бессмысленным. В молодые годы Биджа в ходу были кремневые ружья Хоукена, и приветственным выстрелом разряжали ружье. Тогда это действительно было проявлением доброй воли. Теперь же в руках Биджа был "Генри", в котором после выстрела оставалось еще пять патронов, так что приветствие выстрелом было не чем иным, как ложью. Бидж в своей жизни встречал много лжи.

Вся эта встреча была рискованной затеей, а он уже не мог, как в юности, с радостью встречать опасность. Рисковать, однако, стоило. Мэйсон заплатил за то, что Бидж устроил эту встречу, и заплатит еще тысячу, если он скажет: "Это тот, кого вы ищете". Кроме того, Бидж сможет наконец узнать разгадку того, над чем давно уже ломал голову: почему такой человек, как Каин, явился на Запад и почему он превратился в индейца?

Оба всадника приветствовали его: стройный юноша, лет семнадцати, почти обнаженный, потому что не успел еще завоевать достаточно почетных украшений для своей одежды, и величественный немолодой человек, у которого было столько почетных боевых регалий, сколько может добыть храбрый воин, прожив достаточно долгую для этого жизнь.

- Это Священная Метка, - сказал Бидж, - а молодой индеец - его третий сын Правит-Своими-Лошадьми. Он будет переводить.

Мэйсон не догадался спросить, каким образом молодой индеец мог выучить английский язык, если никогда не жил среди белых.