Цистерцианский аббат Бернар Клервоский писал в своем трактате “О похвале новому рыцарству”:
“Рыцари Ордена никогда не носят богато украшенных одеяний и редко моются. Со своими нечесанными волосами они выглядят косматыми; они покрыты пылью, и кожа их, под бременем вооружения, от постоянного ношения кольчуги и от жаркого солнца, покрыта густым загаром. Они ничего не жалеют для приобретения сильных и быстрых коней, но сбруя и седла их коней не имеют никаких украшений, ибо все их мысли направлены на брань и победу, а не на узорочье или выставление себя напоказ. Таких-то сильных и верных мужей, вооруженных мечами и опытных в воинском искусстве, избрал себе Бог для охраны Святого Гроба Господня”.
На время правления магистра Ордена иоаннитов Раймунда дю Пюи приходится и учреждение организации для женщин-членов Ордена. Это обстоятельство не являлось чем-то из ряда вон выходящим, ибо в эпоху Средневековья постоянно учреждались духовные женские Ордены, обычно присоединявшиеся к расположенным неподалеку мужским монастырям. Само собой, такая крупная больница, как Иерусалимский госпиталь, постоянно нуждалась в заботливых женских руках. Новая женская организация была основана под небесным покровительством Святой Марии Магдалины, руководствовалась в своей жизни и деятельности Уставом, в основе которого, как и у госпитальеров-иоаннитов, лежали правила монашеского Ордена августинцев, и находилась под омофором Патриарха Иерусалимского.
Следующим шагом к расширению сферы деятельности Ордена явилось завещание короля арагонского Альфонса I (1104-1134 гг.), успешно ведшего в своей стране борьбу с Исламом, но умершего молодым и бездетным. В завещании он назначил своими наследниками духовно-рыцарские Ордены иоаннитов, тамплиеров и Святого Гроба Господня (сепульхриеров, или “каноников Храма Гроба Господня”). Каждому из наследовавших ему военно-монашеских Орденов арагонский король завещал по трети своих владений.