Отпор оказался масштабным и жестоким, особенно в Юго-Западных и Западных регионах страны, где он в связи с обостренными классово рыночными отношениями между различными группами населения нередко приобретал формы физических столкновений и сопровождался жертвами с обеих сторон (вскоре эти события были необъективно сведены к так называемым погромам, осуществляемым присоединившимися уголовниками, и в пропагандистских целях представлены как антисемитские выступления).

В итоге попытка либерального госпереворота была сорвана; только после этого власти прибегли к запоздалым репрессиям против участников уличных беспорядков – более 15 тысяч человек были казнены и более 150 тысяч человек осуждены судами. Один из зачинщиков, Л. Д. Троцкий, сбежал, бросив навсегда двоих детей и добровольно поехавшую с ним в ссылку жену, отправившись сначала в Европу, а затем в Америку; в Европе он, не расторгнув официальный первый брак, вторично женился на дочери миллионера Животовского и с его помощью вышел на американскую финансовую группу Якова Шиффера, с которой в дальнейшем никогда не прерывал личных связей.

Так закончились попытки Запада с помощью социально-классовых противоречий, в интересах так называемой либерализации разрушить и подчинить Россию. Однако хищнические круги Запада не отказались от своих антиславянских, антирусских намерений, но теперь уже уточненных расистскими задачами. В связи с этим любопытны воспоминания находящегося в США некоего Арона Симановича, бывшего личного секретаря небезызвестного Григория Распутина, из которых следует, что стремясь заслужить доверие антирусских воротил Запада и развивая приведенные выше убеждения Ф. Энгельса и Альберта Пайка, Л. Д. Троцкий заявил: «Мы должны превратить Россию в пустыню, населенную белыми неграми, которым мы дадим такую тиранию, которая не снилась никогда самым страшным деспотам Востока.