Место для акции он выбрал давно.

Это был угол Москворецкой набережной и старого уютного московского переулка. Четырехэтажный особняк начала XIX века, созданный по проекту модного тогда архитектора немца Фридриха Шпейгеля в вычурном стиле, сочетавшем русский классицизм и немецкий готический романтизм, был очень удобен по нескольким причинам.

При желании можно было стрелять из австрийской винтовки МИЛ-34 с оптическим прицелом, лазерным наведением и электронной коррекцией полета пули со смещенным центром тяжести, из-за реки, которая в этом месте не так уж и широка.

Он и чердак дома на той стороне реки присмотрел.

Прикинул мысленно, как полетит пуля, выпущенная из МИЛ-34 через реку, как выйдет из своего торгового дома "Михаил Амбарцумов и братья" «объект», как привычно снимет кожаную на меху кепку с головы, подставив потный лоб свежему ветерку с Москва-реки, достанет из кармана немецкого длиннополого, тонкого нубука пальто большой носовой платок, вытрет употевший большой лоб, довольно, как дельфин, отфыркается, — "Еще одна выгодная сделка подписана", — и…

И не успеет он натянуть кепку на лоб… как, перелетев Москва-реку, вопьется стальное жало пульки в кость, пропоров тонкую, уязвимую косину, а уж войдя в мягкую плоть мозга, разворотит там все к чертовой матери, выбросив со страшной силой в стену особняка и мозги, и теменную кость…

Однако, каким бы он ни был хорошим стрелком, как бы ни была надежна австрийская винтовка, шанс промахнуться с такого расстояния был.