- Простите, вы - юрист? Адвокат, наверное?

- Нет, я - математик, - ответил прапорщик. - И, как математик, я ищу доказательств, чтобы прийти к священной для всех математиков фразе: что и требовалось доказать. Если Иванов заменен Брусиловым, то значит ли это, что хотели сделать лучше?

- Но ведь Брусилов-то как-никак боевой генерал, - ответил на этот вопрос артиллерист, - а какие же боевые подвиги значатся в послужном списке у Иванова? Ведь он - куропаткинец!

- А это разве не подвиг, что он - крестный папаша наследника престола? - подкивнул прапорщик. - Я от кого-то слышал, что сама Александра Федоровна пишет ему иногда по-русски так: "Кресник ваш жилает дедушке всево лушаго". Как же можно было сместить такое близкое к престолу лицо и назначить взамен какого-то вообще генерала Брусилова? Нет, как хотите, а ясности тут решительно никакой, если только этого не потребовали наши союзники.

- Вот именно - они-то и требуют наступления, а Иванов будто бы наступать отказался, - подхватил инженер-поручик, а штабс-ротмистр кавказец, с предупредительной миной на густо загорелом лице, дополнил:

- А между тем, господа, сами немцы все время пишут, что они готовят на нас решительное наступление весной!

- Значит, не только защищаться, а нападать мы должны, поэтому и Брусилов - главнокомандующий, - сказал прапорщик, обращаясь к капитану-артиллеристу. - Но вот вы сказали: "Были бы снаряды", а я в госпитале отстал от событий и не знаю, как у нас со снарядами.

- Снаряды на фронт гонят и гонят, снарядного голода теперь долго не будет, - ответил артиллерист и добавил безразличным тоном: - А вы где были ранены?

- На позициях против села Коссув, - таким же безразличным тоном ответил прапорщик, но капитан подхватил оживленно: