10 сентября 1943 г. День прошел много тревожнее, так как еще вчера вечером пришло сообщение, что во время обеда во дворе русский минометчик убил унтер-офицеров Шпигеля, Альбурга и Муггенбурга, а также еще четверых пехотинцев. В течение дня в жестоких сражениях погибло уже четыре солдата. Это надо же! За один день пали смертью храбрых 11 товарищей! Когда я узнал об этом, то сразу же написал рапорт на имя командира дивизии, чтобы меня отправили на передовую в составе роты или в качестве минометчика! После недолгого ожидания последовал приказ: «Оставайтесь на том месте, где вам было назначено!» Я разочарован! Как много друзей погибло при этом нападении, я пока еще не узнал. К сожалению, враг не будет теперь уничтожен моим фаустпатроном! Кроме того, я узнал, что произошел разрыв мины в трубе, при котором погиб стрелок, а его напарник тяжело ранен! Ужасная война!

Во все военные годы это первый разрыв в трубе у нас. Я хочу особо отметить 9-ю роту. При наступлении мы имели только два тяжелых пулемета и четыре миномета (8,14-см). Это примерно на 45–50 солдат! (Рота прибыла на фронт в соответствии со штатным расписанием — 150 бойцов!) В деревнях и городах, которые мы покидаем, все делается в соответствии с приказом!

Специальные команды эвакуируют население. Все, что годится в дело и на чем можно передвигаться, конфискуется. Колонны грузовиков, полностью нагруженные зерном, движутся к Миргороду.

11 сентября 1943 г. Я выезжаю с моими тремя грузовиками из Великой Багачки (примерно 70 км западнее Полтавы). К нашему счастью, снова заморосило. А то у нас от пыли лица покрылись уже склизкой грязью. Мы едем, словно по жидкому мылу! Справа от дороги горят большое колхозное здание и амбар. Повсюду мы видим и слышим взрывы. Иванам ничего не следует оставлять! Наши части «планомерно» отступают назад.