Отъезд был обставлен с большой помпой. В путь отправились 2 августа 1578 года. До самого последнего мгновения, король, не устававший ревновать к своему брату, «делал все, что мог, чтобы внедрить себя в сознание Маргариты, разрушив при этом образ герцога Анжуйского. Но это ему не удалось».

Желал ли он ее по-прежнему? Вполне возможно. И теперь с горечью смотрел, как она уезжает, прекрасно зная, что, не будь он так неловок, он смог бы вновь испытать с Марго удовольствия, которые уже пережил однажды, в свои пятнадцать лет.

Воспоминание об этом было волнующим, жгучим, волшебным, и никакие милашки никогда не смогут его заглушить…

Длинная вереница карет миновала Турень, Пуату, повсюду вызывая шумный энтузиазм народа, счастливого видеть двух королев и такое множество следовавших за ними хорошеньких женщин. Ради улучшения отношений с некоторыми вождями гугенотов Екатерина Медичи нашла нужным взять с собой свой Летучий эскадрон в полном составе. Кроме них, в поездку была взята и м-м де Сов, разделявшая когда-то ложе Генриха Наваррского…

Так что флорентийка ехала через всю Францию под крики приветствия, везя своему зятю одновременно и жену, и любовницу.

Это любопытное обстоятельство было известно Маргарите, но оно не только не шокировало ее, а еще и забавляло.

— Присутствие м-м де Сов сделает мой приезд гораздо более приятным для мужа, — говорила она, смеясь. — Впрочем, мы с ней очень привязаны друг к другу.

Возможно, она была лесбиянкой, и между ней и м-м де Сов имелись свои отношения; впрочем, в этом мире совершенство — вещь крайне редкая.

Пока же королева Наваррская вела жизнь довольно простую. Среди сопровождавших ее мужчин она выбрала молодого человека, мужскую силу и искусство которого она уже имела возможность оценить во время остановок. Она говорила с улыбкой, что это «ее маленький дорожный любовник».