— Такова жизнь, — откликнулся ее муж, не перестававший все это время улыбаться. Он, окончив Гарвард, преподавал в средней школе.
Кэрол набрала секретный код на входной двери. Дверь, щелкнув, открылась, они зашли внутрь.
Стук каблуков эхом отражался от мраморных стен, высокого потолка и полированного стола из алюминия, за которым должна была находиться охрана.
— Здесь так спокойно, — гордо сказала бабушка.
Кэрол принюхалась:
— То ли дым, то ли...
Дуновение воздуха исчезло.
Она бросила свирепый взгляд на пустующий стол охраны и повела семью к лифтам, нажала...
Вспышка.
Грохот.
Взрывная волна разносит переднюю стену Коркоран-центра.
Воскресное январское утро в Нью-Йорке раскололось на миллионы осколков черного стекла.
Глава 2
Вторник. Мартовское утро. Час пик
— Вчерашний день закончился, — говорил своему спутнику полный седой водитель помятой белой «тойоты», затертой в бесконечной реке автомобилей, — так что можешь послать ему прощальный поцелуй.
Его шерстяное пальто пахло талым снегом. К лацкану была приколота идентификационная карточка. Он мельком бросил взгляд в зеркало заднего обзора.
Холодное весеннее солнце освещало три полосы движения, забитые машинами. «Тойота» миновала дорожный указатель, гласивший:
ВАШИНГТОН
ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ОКРУГ КОЛУМБИЯ
— Но для нас все же нашлась работенка, — сказал водитель, пытаясь в этот момент пробраться на своей «тойоте» в левый ряд. — Так что, считай, нам повезло.
Зеленые пригороды Мэриленда остались позади. Они въехали в сумрачный каньон городских улиц.
— Да, в некотором смысле нам повезло, — откликнулся его спутник.
У пассажира было умиротворенное лицо. Короткие темные волосы, острые скулы, шрам полумесяцем у левого виска, прозрачные серые глаза. Его звали Джон Лэнг.