Быть может, мы лучше поймем это, вспомнив, как часто ребенок одушевляет предметы и приписывает животным человеческие побуждения, как легко верит в волшебные слова и действия… Причинно-следственный порядок мира в его разуме еще не обозначился: его легко убедить, что убийство лягушки может повлечь за собой дождь, а если побить стул, о который ушибся, боль утихнет, — и ведь действительно утихает!.. Когда видишь вокруг себя множество необъяснимых соппаденнй, очень просто прийти к выводу, что связь вещей и событий не имеет ограничений. Когда не знаешь почти ничего, а понять нужно все, естественно объяснять незнакомое через знакомое. Поначалу же самым знакомым для всякого кажется собственная персона.

Вот и магия: все может влиять на все, и на меня в том числе. Значит, и я могу влиять на все, совершая определенные действия, сочетая слова, предметы, поступки…

Это стихийное, как бы само собой вытекающее из природы предположение о неограниченной связи всего со всем есть, в сущности, зачаток научного мышления; это первый, пока еще хаотический способ объяснения мира. Люди все время ищут причины и связи явлений: с каким упорством они выискивают виновников своих страданий и неудач!..

Опыт в конце концов выделяет из сонма мнимых причин реальные и начинает строить здание истины. Беспорядочное комбинирование приводит к открытиям.

Магия — бабушка науки. Внучка шаг за шагом осуществляет ее несбыточные мечты. Но никакие достиження, никакое развитие экономики и культуры еще не делает разум руководителем человека.

Магическое мышление не исчезает и в самых цивилизованных обществах. Остатки его можно проследить и в некоторых наших обычаях (например, в застольном чоканье), во множестве суеверий и предрассудков, даже у вполне образованных людей. Спортивный болельщик вряд ли подозревает, что его радости и огорчения коренятся в магии. Молодой математик, отправляясь защищать диссертацию, зачем-то берет с собой маленький талисман…