Однако, ведь к власти-то пришла совсем не буржуазия, которую просто физически извели за много десятилетий до того, а новая ещё только-только зарождалась (существовала, правда, подпольная…). Всё-таки правильней было бы считать её народной антикоммунистической. Но народ от неё тоже не столько получил, сколько потерял: сбережения, работу, социальный статус и многое другое. Декоммунизации, подобно денацификации в Германии тоже не произошло. Короче говоря, и эта последняя в 20 столетии российская революция оказалась незавершенной, так же, как три предыдущих.

И в начале 90-х годов, и десятилетием позже ни тогдашний лидер нации Ельцин, ни подавляющая часть народа не готовы были признать Ленина преступником № 1, а стало быть и партию, им созданную, преступной. Скорее внесли бы останки Сталина в Мавзолей, чем выкинули бы оттуда мумию Ленина.

Начать список преступлений Ленина следовало бы с раскола партии российских социал-демократов на большевиков и меньшевиков. Однако в том расколе ещё большой беды не было. Трагедией стал раскол российского общества, гражданская война после захвата власти большевиками.

После февральской революции 1917 г., после самоотречения Николая II и правые, и левые (умеренные) стремились всеми силами избежать подобного раскола, донести Россию осторожно, словно хрустальный сосуд, до учредительного собрания, на котором надеялись достигнуть, как сейчас принято говорить, консенсуса. Вероятнее всего эти надежды оказались бы несбыточными и, тем не менее, все были озабочены, на всех лежало бремя ответственности, кроме большевиков, в первую очередь, Ленина. Самые ближайшие сподвижники, которые не только всегда во всём поддерживали, но и прожившие с ним, можно сказать, бок о бок все годы эмиграции, выступили, как известно, против захвата власти. Но Ленин был одержим жаждой власти. Чувству ответственности за судьбу России противопоставляется принцип: «Ввяжемся, а там видно будет». Ввязались и что же? — Гражданская война, «Военный коммунизм», голод начала 20-х годов, в отдельных районах — смертельный.