Итак, гражданская война на совести Ленина, так же как Отечественная — на совести Сталина, так же как третья мировая могла бы оказаться на совести Хрущёва. Однако о Сталине и Хрущёве потом, а пока закончим с Лениным. Благодаря гибкости его ума, политику военного коммунизма сменил НЭП, что, безусловно, является смягчающим обстоятельством. Продолжение политики военного коммунизма загубило бы страну окончательно. А так дали отдышаться, восстановить силы и даже «обрасти» жирком. А затем «схватили за глотку» и сдавили ещё сильней. Раскулачивание, коллективизация и голод в первой половине 30-х ещё более страшный, чем в начале 20-х. К тому же голод возник не столько в результате коллективизации, как принято считать, а был спровоцирован в качестве средства коллективизации. Крестьянина, только со сломленной в результате небывалого голода волей, когда стали массовыми случаи каннибализма, удалось «загнать» в колхозы.

Странно, но вот уже на протяжении почти столетия самое страшное время продолжают называть коммунизмом, хотя и военным, но всё же… Значит, глубоко в подсознании людей правильно стало ассоциироваться самое страшное с коммунизмом. Уничтожили эксплуататоров, стало быть, по Марксу и эксплуатацию тоже, получили гражданскую войну и голод. Всё это осознал и прекрасно ещё в 20-х годах описал А. Платонов в «Чевенгуре» (с которым дали возможность ознакомиться лишь спустя полстолетия). Но понял это вроде бы и Ленин и, возможно, отказался бы от дальнейшего строительства социализма, ведущего непременно к голодному коммунизму. Вполне возможно, ведь сказал же он по поводу НЭПа: «Это всерьёз и надолго». Но, к сожалению, всё это в сослагательном наклонении. А спровоцированная гражданская война — это исторический факт. Даже Гитлер не довёл Германию до гражданской войны, наоборот, он сплотил нацию (или большую её часть).