И вот тут новый премьер ответил…

В Аргунском ущелье (близ границы с Грузией) на горные склоны обрушился десант – элитные части пограничников и парашютистов (оказалось, что в России, казалось бы, низведенной ниже плинтуса, элитные подразделения мало того что существуют, но и умеют воевать). Чеченские базы были разгромлены, войска перекрыли единственный путь, по которому в Чечню могли прибывать подкрепления – не только исламисты из мусульман-ских ст­ран, но и горячие прибалты, вислоусые украинские «западэнцы» и даже чернокожие африканские искатели то ли приключений, то ли заработка.

Последовали бомбовые удары с воздуха. Второго штурма Грозного не последовало – уроки первого, бездарнейшего, были учтены хорошо. Подразделения российской армии медленно, со всеми возможными предосторожностями продвигались со всех сторон, предварительно перепахав впереди позиции противника артподготовкой и бомбежкой. И начали чистить город, квартал за кварталом, не ввязываясь в дурацкие рукопашные, исключительно огнем.

Трехтысячная армия боевиков под командой Басаева кинулась прочь из Грозного, но угодила на минные поля и под мощный огонь российских войск (эти обстоятельства позволяют заподозрить, что поработали еще, и удачно, те, кого принято называть бойцами невидимого фронта. Очень уж качественная получилась западня…).

Масхадов (а вслед за ним часть российской прессы) тут же стали твердить об «организованном отходе». Что, вот незадача, тут же было опровергнуто не трудами российских чекистов, а репортажем человечка вполне западного – британской журналистки с итальянской фамилией ди Джованни. Дамочка, как положено демократической европейке, «борцам за свободу» горячо сочувствовала, но то, что видела своими глазами, изложила под за­головком «Разбитая повстанческая армия бежит из поверженного Грозного»…

Российские, извините за выражение, средства массовой информации еще пытались по старой памяти лить грязь и дерьмо.