- Чего пристал к человеку? Небось, он себя лучше знает. А ты чаю предложи - уж, наверное, не откажется...

Все разрешилось благополучно. Ольга (про себя Федор так и называл ее Ольгой) пошла в избу накрывать на стол и заваривать чай, а Федор с Аркадием загнали машину во двор и уселись перекурить. Аркадий не курил, но за компанию взял сигарету и неумело набрал дым в рот, картинно его выпуская. Первая неловкость встречи прошла, и Аркадий держался естественно. Или просто разговор зашел о вещах обычных и простых. До инвалидности он работал на базе Сельхозтехники, по ремонту дизельных двигателей, и как только об этом зашла речь, оживился, перестал вымучивать из себя слова, и Федор подумал - да, вот таким он и был в больнице, таким он мне и понравился. Потому я и принял его предложение - погостить несколько дней.

Вышла Ольга, кликнула их к столу. Пошли в дом. Федор с интересом огляделся вокруг - обстановка ничем не отличалась от городской квартиры. А стараниями Аркадия и удобства все были городскими. И Федор подумал - да, мужик рукастый. А как он тогда в меня по поводу телевизионной антенны вцепился! Между прочим, Федор и дом-то узнал по антенне. То есть он, конечно, знал, куда едет, но вот углядел антенну и понял: здесь...

II

За два с небольшим часа Федор отшагал порядочно от деревни. Соснячком, затем унылой гнилой болотинкой, и опять соснячком. Потом пошло чернолесье беспросветное, глухое, выросшее на месте сведенных некогда чистых лесов. Грибов не было. Только горькуши росли в низинках, да поганки кое-где выглядывали из палой почерневшей листвы.

Впереди показался просвет. Федор направился туда и вскоре, действительно, вышел на опушку. Перед ним расстилался лужок с несколькими копешками сена. Поодаль вилась цепочка кустов - ручеек или речка. Еще дальше вздымался холм, поросший ельником. "Ну вот, - подумал Федор, - у ручья передохну, схожу еще на холм, рыжиков поищу, и обратно...".