Россия не может замыкаться в пределах Москвы и не испытывать никаких угроз извне. Любой российский лидер будет стремиться преобразовать региональную систему вокруг России в зависимое от его воли пространство. И с этой точки зрения президентство Дмитрия Медведева мало чем отличается от президентства Владимира Путина. Наоборот – налицо очевидная политика преемственности, точно такая же, какая существует между администрациями Джорджа Буша и Барака Обамы в США. Глядя из-за океана, мы видим, что преемственность власти в России продолжается с того момента, как Путин заменил Ельцина, и по сей день. Именно Медведев находился в Кремле во время конфликта с Грузией. И он решил этот вопрос точно так же, как решил бы его предшественник Владимир Путин.

Признание независимости Косово в мире:

Россия же в данной ситуации – явный победитель конфликта вокруг Южной Осетии, поскольку она продемонстрировала не только свою готовность рискнуть, но и эффективность своих вооруженных сил в разрешении локальных конфликтов. В благоприобретения Москвы от этого столкновения в августе 2008 года следует записать не неочевидную независимость Южной Осетии и Абхазии, но очевидное расширение российской зоны влияния. Список победителей на этом не исчерпывается. Правящий режим Грузии пока удержался у власти и сохранил свои обширные связи с Соединенными Штатами, так что можно считать, что в этом смысле грузинские власти не проиграли противостояния с Россией. В целом же, причем даже не столько благодаря событиям в Грузии, мы наблюдаем всплеск турецкого влияния не только на Кавказе, но и на его периферии. Пока на Кавказе это еще не сыграло какой-либо существенной роли, но в свое время, можно быть уверенными, так и произойдет.

Именно потому, что Россия оказалась победителем в этой ситуации, всеобъемлющее соглашение по евроатлантической безопасности, которое ассоциируют с именем президента Медведева, сейчас маловероятно.