Соединенные Штаты после провального по результатам саммита в Москве продолжат декларировать свое право поддерживать двусторонние отношения со всеми государствами на постсоветском пространстве, независимо от их отношений с Москвой. В том числе – и право заключать двусторонние соглашения по безопасности. С американской точки зрения, принцип двусторонних отношений – основа успешной внешней политики. С российской точки зрения, обусловленной моментом дня, многосторонний подход поможет признать интересы Москвы в нужном ей регионе. Эти подходы друг с другом несовместимы. Таким образом, атлантическая составляющая вышеупомянутой инициативы нефункциональна. Но Россия способна выстроить отношения с Европой независимо от Соединенных Штатов. И здесь особенно важно обратить внимание на российско-германские отношения. Федеративная республика Германия остается самой значительной державой континентальной Европы, а ее связи с Россией все углубляются на фоне ухудшения поддержки политики США на Старом континенте. Так что как ни смотри, но двусторонняя политика играет более существенную роль, чем многосторонняя даже у России. И это естественно.

Тимофей Бордачёв

УСИЛЕНИЕ РОССИИ И БАЛАНС СИЛ В БОЛЬШОЙ ЕВРОПЕ

Тимофей Бордачёв руководитель исследовательских программ Совета по внешней и оборонной политике, директор Центра европейских и международных исследований ГУ-ВШЭ

События августовской войны 2008 года стали последним доказательством того, что процесс формирования многополярной структуры международных отношений подошел к своему завершению. Относительное равновесие сил между крупнейшими мировыми державами, в данном случае между Россией и Америкой, имеет законченный характер. Они настолько чувствуют себя в силах друг друга сдерживать, что это может привести даже к военным столкновениям. То есть аналогии между событиями на Кавказе в августе 2008 года и непрямыми столкновениями СССР и США, или Российской империи и Великобритании в XIX веке, или СССР и США в XX веке в странах третьего мира могут быть самыми прямыми.