Военачальник, занимавшийся подготовкой войск к ведению боевых действий, всегда должен был очень ясно представлять характер будущей войны. Однако часто, как уже было сказано, по различным причинам войска готовились не к будущей, а к прошлой войне. Ошибкой всегда было то, что значительный опыт, скажем, самой победоносной войны прошлого поколения, завершившейся много десятилетий назад, в ущерб делу продолжали преподносить как некий эталон и ее будущему поколению, например, в организационно-штатной структуре войск и вооруженных сил в целом, в их вооружениях, в формах и способах ведения войны. Это всегда тормозило введение новых научных идей и свидетельствовало о том, что научная мысль отставала и не воспринимала будущее.

Все войны и военные конфликты, имевшие место уже после первого и пока, к счастью, единственного целенаправленного применения ядерного оружия атомной бомбардировки городов Японии Хиросимы и Нагасаки в 1945 году [11], - необходимо рассматривать во взаимной связи с наличием ядерного оружия на планете. Это оружие уже не требует выдающихся полководцев, не находится за кадром взаимосвязей войны и политики, а выходит на передний план и в корне меняет саму войну, а главное, разрушает и эти взаимосвязи:

 война с применением ядерного оружия неизбежно приведет к уничтожению политического строя, породившего ее;

 в такой войне форма вооруженной борьбы уничтожает ее содержание;

 ядерная война представляется как тотальное вооруженное насилие не только над воюющими сторонами, но и над остальным не причастным к ней человечеством;

 в ядерной войне вооруженная борьба перестает быть средством достижения политических целей.

Ракетно-ядерное оружие в ядерных странах сейчас рассматривают как единственный, универсальный и надежный фактор обеспечения национальной безопасности, хотя это совсем не так. Ядерному оружию откровенно приписывают дополнительные, в политическом и военном отношении не свойственные ему функции.