Как происходила межпоколенная трансляция психосексуальной культуры в эпохи культов, задолго до возникновения мировых религий (христианства, буддизма, ислама), мы теперь можем только догадываться. Некоторое представление об этом дает изучение жизни австралийских аборигенов, до недавнего времени сохранявшей в почти неизменном виде первобытнообщинный уклад. Мужчины и женщины племени составляют обособленные группировки, что обусловлено прежде всего половым разделением труда и других видов деятельности, например религиозной. Тотемы каждого пола — животные или растения — символизируют определенный пол; покушение на тотем расценивается как нападение на всех людей этого пола. Зачатие в разных районах понимается по-разному. В одних районах считают, что в результате серии семяизвержений накапливается достаточно спермы, которая останавливает менструации, и из этой смеси растет ребенок. В других полагают, что мать ответственна за образование крови и плоти, а отец — костей ребенка. В третьих представления сложнее: необходимо 5—6 семяизвержений подряд, чтобы из менструальной крови, пищи и «текущего внутри» молока образовалось «яйцо», а затем во время следующих соитий будущий отец вселяет в женщину дух ребенка и разбивает яйцо, из которого начинает расти маленький человек. Как бы то ни было, признавая связь между ребенком и обоими родителями, аборигены отводят решающую роль духу ребенка — именно он оживляет плоть и вдыхает жизнь в зародыш. Сексуальные отношения широко варьируются в разных племенах. Большинство систем родства предусматривают потенциальную замену супругов: отец может жениться на предназначенной сыну женщине и передать ее сыну, когда тот вырастет; сын может сожительствовать с женой отца и жениться на ней после его смерти.