VII

Известный эластичностью своей совести Роман Гуль недавно издал романизированный пасквиль "Скиф в "Европе", в котором злодею Николаю I противопоставляется благородная личность одного из основателей Ордена Русской Интеллигенции - Михаила Бакунина. Роман начинается фразой: "Император выругался извощичьим ругательством" и продолжается в обычном для русской интеллигенции духе площадной, цинично-бесстыдной клеветы по адресу Николая I. Начинается обычная интеллигентская хлестаковщина. На каждом шагу Николай I демонстрирует свою реакционность и свою "неинтеллигентность". "Если явилась необходимость, - говорит он, - арестовать половину России только ради того, чтоб другая половина осталась незараженной, я бы арестовал". Метод "романиста, Гуля" также прост как и методы Герцена, Мережковского и Зызыкина. Сущность его "заключается в следующем: "на политических врагов "Ордена необходимо клеветать, не считаясь с исторической правдой". Изображая ненавистного ему русского "исторического деятеля, он заставляет его на протяжении двух страниц совершить, или произнести, все придуманные на его счет, членами Ордена, в течение десятков лет, пошлости. Поступки у героев пошлейшие, мысли еще пошлее. Вот как, например, думает Николай I в написанном Гулем пасквиле: "И идиотический пиджак графа Татищева? Лейб-гвардии поручик, семеновец, приехал из Европы - в пиджаке! Хотел оказать милость, обласкав невесту Стюарта, спросил с всегдашней веселостью в отношении к девицам. И вдруг: - "Дозвольте моему жениху носить усы. - Усы в инженерном ведомстве, в любимом детище царя! В невероятную свирепость приходил император. К тому ж замучили чирьи: ни сесть, ни встать..." В таком стиле написано все это унылое и бездарное подражание талантливому историческому вранью Мережковского о Николае I. Пасквиль Гуля был, конечно, немедленно одобрен на страницах еврейской газеты "Новое Русское Слово" еврейкойменьшевичкой, в конспиративных целях пишущей под псевдонимом Веры Александровой.