- Спокойно товарищи. Это пыль, сейчас она разойдется и мы все разглядим.

- Почему другие экраны погасли? - задал кто то вопрос.

- К сожалению, это технические поломки.

И тут муть стала распадаться. Проявились унылые формы танков и смятых бронетранспортеров.

- Где здание, где аэровокзал? - сразу вскрикнуло несколько голосов.

- От здания осталась одна воронка, - дополняет мои пояснения Мирон Иванович.

- Но это же... метров двести... Само здание... из бетона...

- Увы. Вокзала нет. Желающие посмотреть все вблизи есть?

- Да, да, - раздалось несколько голосов.

- Тогда собираемся на улице, там уже поданы машины.

На месте гибели аэровокзала стоит несколько санитарных машин. Когда мы подъехали, их как раз загружали носилками, прикрытыми темно-синими солдатскими одеялами. Мирон Иванович подвел всех гостей к одной из машин.

- Постойте, - потребовал он у санитаров. - Откуда пострадавшие?

- Из под бронеколпаков...

- Откиньте одеяло.

Мы увидели голову человека с выпученными неподвижными глазами. Из ушей и открытого черного рта, на коже лица, растянулись засохшие струйки крови.

- Где стоит колпак? Откуда вы его брали? - опять спрашивает Мирон Иванович у санитаров.

- Вон. Метров двести отсюда.

Санитар махнул рукой на дальний бронеколпак.

- Товарищи, - теперь обращается ко всем главный, - помните многие экраны на командном пункте погасли, это после взрыва нашего устройства погибли операторы. Вот один из них. Взрыв был от этого колпака на пятьсот метров и представьте силу нового оружия, от которого почти нет спасения, так как ни окопы, ни блиндажи, не могут помочь солдатам и офицерам от удушья...

- Неужели ничего нет, а эти танки, бронетранспортеры?

- К сожалению, мы не загрузили эти боевые машины живым материалом и не сможем вам конкретно ответить на этот вопрос... Но теоретически спастись можно, если спрятаться в бункер или убежище под землей, причем абсолютно герметичные. Сейчас подойдемте к самому вокзалу, танкам и бронетранспортерам.