Мы подходим к бывшему грандиозному сооружению аэровокзала. Лишь только по краям бывшего длинного здания вывороченные бетонные блоки, по центру же мелкий бетонный щебень, проваленный в большую воронку.

- Куда же делся бетон? - недоумевает кто то.

- Новейшая начинка головки ракеты, это необычный состав аэрозоли - это миллиардная система маленьких микровзрывов, который возникают под действием возбудителей... Это величайшее достижение наших ученых...

- Разве за границей таких не?

- Таких нет. Из серии аэрозольных, есть вакуумные бомбы, кислородные, химические, биологические. Но вот эта красавица перещеголяла по свойствам поражения все. Вы взгляните только на этот бронетранспортер.

Теперь мы подошли к необычно уродливому корпусу, стоящему недалеко от воронки. Бывшая грозная машина раздавлена чудовищной силой.

- Ого, - восхищается один из генералов.

- Вы видите, эта машина попала почти в эпицентр взрыва, ее не отбросило взрывной волной, не разорвало, а просто как под прессом раздавило...

- Мини атомный взрыв, - предположил один из гражданских.

- Не атомный, но близок к нему, это страшное свойство новых аэрозолей.

Похоже Мирон Иванович переключился с нашей тематики и поет дифирамбы аэрозолям.

- Ну как поездка на полигон? - спросила меня Маша.

Мы сидели с ней в столовой и ужинали роскошными котлетами с жаренной картошкой.

- Мы вступили в новую стадию войны.

- Что это значит?

- Наступила эра аэрозолей.

Маша запивает котлету чаем.

- А мне Мирон Иванович приказал готовить новый контейнер с микробами. Завтра присылают нового упаковщика вместо Сашки. Так что эра аэрозолей продолжается.

- А когда запуск не говорил?