Что же касается нового объекта, то он, пробродив по городу целый день, словно неприкаянный, вечером заходит в достаточно шикарный отель и снимает в нем под вымышленным именем (в этом мы точно уверены!) номер на целую неделю.
Забравшись в него, он вот уже второй день сидит словно в заточении.
Он ждет! Это понятно!
Что или кого?
Наши наблюдения пока ничего не дали. Приходится ждать так же, как ждет и он. Я уверен, что именно сегодня должно что-то измениться в этой ситуации.
Конечно же, мы могли бы скрутить этого господина и как можно повежливее расспросить его, о чем это он шептался с Грантом на берегу Сены. Если бы не такое странное поведение этого типа!
О'кэй! Вот такое начало этой истории.
Мне понятно ваше брюзжание: вам нетерпится поскорее узнать дальнейшее развитие событий. Поверьте, мне тоже хотелось бы знать это! Поэтому будем терпеливы!
— А пока, мужики, делайте как я,— чтобы убить время, попробуйте понаблюдать за мухами на потолке и даже сосчитать их!
* * *
Я закуриваю «Житан»
— Что нового? — спрашиваю я бдительного наблюдателя.
— Ничего...
— Погоди, меня посетила мысль.
Я поднимаюсь с кровати все под те же агонирующие звуки, набрасываю куртку и выхожу.
В конце коридора, упирающегося в. лестницу, встречаю интересную парочку, поднимающуюся по ступенькам вверх на седьмое небо. Он, толстый, полнокровный мужчина, нескладный, сопящий, словно эскадрон лошадей. Она, достаточно элегантна, в своих ботинках на меху, в шубе из натурального кролика, с целлулоидной диадемой в волосах! У нее все на месте: в бюстгальтере и ниже. У нее сине под глазами и красно под носом. У нее, должно быть, неплохие манеры в интимных ситуациях... И еще у нее двухметровый шарф на спине и пятнадцать метров тротуара у отеля, где и подобрал ее этот боров.