А тот не поддавался никакому воспитанию. И однажды чуть даже не произошла трагедия. Витольд был звездой школьного театрального кружка, но мать, зная, что это будет самым страшным наказанием для него, запретила ему туда ходить за «тройку» по математике. Тогда мальчик выбросился из окна. К счастью, падение закончилось всего парой переломов и нетяжелым сотрясением мозга. От отца факт такого протеста отпрыска скрыли, боясь реакции ученого. Честно говоря, скрыли и от всех прочих, потому что за доведение ребенка до такого поступка родителей могли «пожурить» в партии, а самого ребенка положить в психиатрическую клинику. Короче, было объявлено, что мальчик покалечился случайно. Зато после этого мама уже не рисковала запрещать ему посещать театральный кружок.

Уже в старших классах у Витольда появились подружки, просто обрывавшие телефон в квартире академика. Если брат Владислав, кроме цифр, не видел ничего, то Витольд очень даже интересовался женским полом. Да и девочки все поголовно влюблялись в него – он обладал каким-то особым магнетизмом. А внешние данные парню будто подарили боги с Олимпа. Ерохин-младший был высок, с потрясающим разворотом плеч, с густыми каштановыми, слегка волнистыми волосами и с красивым, словно выписанным рукой мастера-живописца, лицом – идеально правильные черты, потрясающая улыбка и глубокий, просто пронизывающий взгляд карих глаз. Кроме того, юноша обладал способностью расположить к себе любого собеседника. Одним словом, душа компании, заводила, да просто король школы.

Владислав первым окончил школу и сразу же поступил в институт ядерных технологий, где его отец читал лекции. Заведомо было понятно, что ему светит аспирантура, защита кандидатской диссертации, затем докторской. А потом – жена, семья и работа, работа, работа.

Через три года тот же институт и та же кафедра ждали Витольда. Но он посмел снова поступить дерзко. И одновременно подал документы в два самых известных театральных вуза.