Ну ладно, пусть в отличие от Фиделя Кастро и Уго Чавеса он не смеет американцев называть американцами - что делать! Но он же и во внутренних делах боится называть вещи своими именами. Какая упёртость и в трусости!

«В предстоящие годы высокое место России в числе крупнейших экономик мира будет критичным». Что значит «критичным»? Хорошо это или плохо? Что мне делать - запасаться солью или могу строить новую дачу? «Мы заведомо проиграем, если будем опираться на пассивную позицию населения». А как на такую позицию можно опираться? Или: «За общими фразами о согласии и пользе благотворительности открываются недостаточный уровень доверия людей друг к другу, нежелание заниматься общественными делами, заботиться о других, неумение подняться над частными интересами». О каком согласии речь? На что согласие? Кого с кем? И причём тут чья-то благотворительность? Абрамовича, что ли, или Прохорова, субсидирующих иностранные спортивные клубы? «Сегодня говорят о разных формах обновления политического процесса». Кто говорит? О каких формах? Какое обновление? Что такое политический процесс? Тут можно подразумевать очень многое. В своё время мы распевали частушку:

Мишка Борьку испугался

И в мужской клозет помчался,

Но и женский не нашёл,

А процесс уже пошел.

Вот ещё:«Во многих регионах приняты программы поддержки социально ориентированных негосударственных некоммерческих организаций» Что за организации? В каком смысле некоммерческие – не субсидируются или не преследуют коммерческой выгоды? Хоть бы один региончик-то назвал. Наконец, «возникают новые сложные проблемы, но мы в состоянии обернуть их себе во благо, на пользу России». Прекрасно, но каким образом и почему не обернули себе во благо такую новую проблему, как исчезновение 18 тысяч деревень? Кто виноват в том, что не обернули на благо России позапрошлогодние пожары, прошумевшие от Якутии до Рязани, а в прошлом году – от Архангельской области до Курской?