Развитие морской компоненты ядерных сил целиком зависит от преодоления неудач с комплексом «Булава» и строительством под него подлодок четвертого поколения проекта 955/955А «Борей». До 2015 г. может быть построено от 5 до 9 АПЛ этого проекта. Предположительно подводные крейсеры класса «Борей» в перспективе заменят подводные лодки проекта 941 «Акула» (Typhoon) и проекта БДРМ «Дельфин» (Delta-IV). При положительном исходе Россия сможет иметь на море 160 развернутых носителей с 640 зарядами.

Стратегическая авиация России к 2020 г. будет предположительно иметь около 50 Ту-95МС и 16 Ту-160. Всего 66 носителей, засчитываемых как 66 боезарядов.

По оптимистичному сценарию наша страна сможет иметь к 2020 г. не более 490-500 развернутых носителей с не более чем 1330-1350 развернутыми зарядами.

Разница в количестве российских и американских боезарядов и носителей не в пользу России и, с учетом общего количества ядерных арсеналов, эта разница существенна. Будет ли достаточно этого ракетно-ядерного потенциала для преодоления широкомасштабной эшелонированной ПРО США, которая будет частично развернута ко времени выполнения Договора?

При этом текст нового Договора не содержит прямой увязки потенциалов стратегических наступательных вооружений (СНВ) с развертыванием оборонных систем: «Договор не содержит никаких ограничений по испытаниям, разработке или развертыванию ныне имеющихся или планируемых программ по противоракетной обороне США»⁴.

Без такой увязки Договор не обеспечивает необходимого и достаточного уровня стратегической стабильности. Единственное упоминание об элементах систем ПРО в тексте Договора относится к ограничению возможностей по развертыванию противоракет: «Каждая из Сторон не переоборудует и не использует пусковые установки МБР и пусковые установки БРПЛ для размещения в них противоракет. Каждая из Сторон также не переоборудует и не использует пусковые установки противоракет для размещения в них МБР и БРПЛ».