Чтобы выполнить заказ и возбудить против невиновного уголовное дело, в котором основным доказательством является заключение экспертизы, следователи лишают жертву своего преступления прав подозреваемого, в частности, лишают права заявлять отвод экспертам и ставить им вопросы. Лишают тем, что возбуждают дело не сразу против жертвы, а «по факту» якобы преступления. В данном деле это выглядело так.

Вот написал Мухин статью в дискуссии «Обратился ли Медведев к либералам?», прокуратура посмотрела – караул, разжигание национальной розни! А кто написал эту статью, не знают. Знают, что автор Мухин, а кто написал – ну не знают и всё тут! Поэтому и возбуждают «по факту».

У меня 3 мая 2011 года уже и обыск сделали, и компьютер изъяли, а кто написал материал за моей подписью - прокуроры не в курсе дела! Узнали они о том, что это я автор статьи, и привлекли меня в качестве подозреваемого только 27 мая (пятница). А уже 31 мая следователь вынес постановление о привлечении меня в качестве обвиняемого, отказал в ходатайстве защиты назначить надлежащую экспертизу по делу и сразу же, того же 31 мая, объявил об окончании следствия.

Ведь что надо, чтобы сфабриковать доказательства в виде заключения эксперта?

Для этого надо, чтобы я в качестве подозреваемого не мешал, во-первых, поручить экспертизу не специалисту, а подходящему подонку, готовому за деньги написать всё, что потребует прокуратура. Скажем, следователь Шишов комплексную психолого-лингвистическую судебную экспертизу, которую по закону обязаны проводить, как минимум, два специалиста - социальный психолог и лингвист, поручил в первом случае просто одному филологу Шамшину, а во втором – психологу-программисту Батову и учительнице математики Крюковой. Назвали себя эти алчные подонки экспертами - ну как им не поручить экспертизу?!