— А что бы вы стали делать, если бы все обстояло именно так?

— Я бы посоветовал вам продать дело как можно быстрее и исчезнуть отсюда. Крыша, расширяющая территорию, и полицейский, закрывающий на это глаза, — слишком неприятная комбинация.

— Но мы же не знаем этого наверняка, мистер Даффи?

— К счастью, нет.

— Сейчас-то что делать?

— Сейчас я могу разведать для вас обстановку. Не думаю, что мне — или вам, если уже на то пошло, — хотелось бы подойти слишком близко ко второму кругу проблем. Если мы имеем дело с продажным полицейским, я знаю единственное правило: держаться подальше.

— А как же первый круг?

— Для начала информации у нас немного. Дано: двое в доме, высокий и коротышка, у одного из них нож системы «Стенли». Никаких отпечатков. Судя по описанию, один из них немного с приветом. Есть рыжий толстяк в очках в двух шагах от Шафтсбери-авеню. И еще есть голос по телефону. Какой это голос, мистер Маккехни?

— Довольно глубокий. Сначала говорил с итальянским акцентом, а теперь больше на англичанина похож, хотя, может, и не англичанин. Иногда кажется, что у него слабый акцент, иногда странный порядок слов. Нет, даже не так, просто вначале он постоянно повторял «как у вас говорится» или «как у вас принято».

— Это ни о чем не говорит. Если он решил косить под Сальваторе, то, может, ему просто нравится легкий итальянский акцент. Я прилажу к вашему телефону записывающее устройство, как только смогу.

— Что будем делать дальше, мистер Даффи?

— Будем ждать, когда вам сообщат новые инструкции. И тогда посмотрим, кто это такой. А потом решим, что делать. Я, тем временем, потолкаюсь тут, посмотрю, что можно узнать. Завтра приду, займусь телефоном, но после этого нам лучше здесь больше не встречаться — на всякий случай, если за вами следят. Будем держать связь по телефону.