– Знаю, – недовольно буркнул тот, – давай ближе к делу.
– А в результате и спецназовцев, в конце концов, повяжут, и нас с вами погон лишат. Вместе с пенсией…
Максим Федорович глянул на него из-под кустистых бровей, расстегнул верхнюю пуговицу камуфлированной куртки, плеснул в стакан минералки; выпил одним глотком…
Моложавый подполковник напористо продолжал:
– Второй вариант самый простой – сдать всех участников расстрела. Их и было-то всего четверо: командир группы капитан Дорохов, его заместитель – старший лейтенант Осишвили, ефрейтор Логутенко и рядовой Иванов…
– Повяжут, лишимся… Что-то я тебя не пойму, – перебил генерал-майор, – а то, что чеченцы везли в машине оружие, которое даже успело выстрелить, прежде чем спецназовцы открыли огонь на поражение – ты вообще не принимаешь во внимание?
– Если данные факты подтвердятся в ходе следствия, то они, безусловно, прозвучат на суде в качестве главных смягчающих обстоятельств. Зачтется и то, что отвезли раненную женщину в госпиталь. Уверяю вас: много им не дадут. Организуем процесс где-нибудь в Ставрополе или Ростове – подальше от Чечни; проведем соответствующую работу с судьей… Возможно, парни вообще отделаются условным сроком.
Пожилой мужчина сызнова покосил на лощеного гостя. Смотреть в глаза проныре отчего-то не хотелось…
– Ну, а третий вариант? – нехотя спросил он.
Тот оживился:
– Вот насчет третьего варианта я и хотел посоветоваться! На мой взгляд, он наилучшим образом устроил бы всех: и командование Группировки и мое ведомство, и общественность…
– Давай покороче, скоро совещание.
– Дорохов заявляет, что по машине стрелял только он, – придвинулся к столу подполковник и начал торопливо излагать: – Но это за версту пахнет враньем – своих людей отмазывает.