Эмми прекрасно понимала, чем это было вызвано: кто угодно потерял бы голову, обнаружив в своём доме убитого человека, - тем более взбалмошная и непосредственная Диана. Но из страха за сестру она умолчала об этом эпизоде; ведь полиция могла истолковать выкрик Ди совсем иначе.

Эмми остановилась у светофора. Был час пик; машины с грохотом мчались мим, унося людей из делового центра Нью-Йорка. Она с печалью подумала о том, что все эти люди спешат домой, в нормальную жизнь, к привычным вечерним хлопотам, и никто из них, наверное, не знает, как страшно внезапное столкновение со смертью... с убийством...

Ей отчаянно хотелось, чтобы полиция нашла пистолет - и чтобы это не был пистолет Ди... Зажёгся зелёный свет, и вместе с другими пешеходами Эмми пересекла Лексингтон-Авеню. Дойдя до Парк-Авеню, она снова остановилась на середине улицы, на островке, мимо которого сновала автомобили, - и только тут осознала, что сквозь шум и рёв моторов она уже давно, едва ли не с того момента, как вышла на улицу из дома сестры, слышит чьи-то размеренные шаги. Эмми резко обернулась, но увидела только двоих: пожилую женщину, которая нервно смотрела на поток машин, барабаня по сумочке пальцами в белых перчатках, да мужчину - просто мужчину, без каких-либо приметных черт довольно молодого, невысокого, в сером костюме, серой шляпе и очках. Он совсем не смотрел на неё. Это всего лишь игра воображения, сказала себе Эмми. Светофор мигнул, и женщина в белых перчатках бегом устремилась на противоположную сторону улицы. Эмми подавила в себе нелепое желание побежать следом, и спокойно перешла дорогу. Серый, неприметный мужчина двигался по пятам. Вслед за ней он пересёк Мэдисон-Авеню и дошёл до Пятой. Но когда Эмми остановилась у своего парадного, человечек прошагал дальше мимо дверей, мимо швейцара, который в этот момент помогал кому-то выбраться из такси.