Диана в ярости топнула по ковру хорошенькой ножкой в туфельке-лодочке.

- Осторожно, - сказал Джастин. - Ковёр старинный, дорогой; он немного обветшал. Смотри не продырявь его.

- Ты... - у Дианы перехватило дыхание. - Ты просто старый дурак, Джастин. Но вот что я тебе скажу. Если ты намерен на каждом углу кричать, что, мол, это я убила Гила, то... в общем, я не советовала бы тебе это делать.

Джастин приподнял бровь:

- Ты не сможешь подать на меня в суд за клевету. С меня взятки гладки. Равно как и ограничить в средствах - все мои небольшие расходы берёт на себя Эмми.

- Эмми проще - ей не нужно содержать огромный дом, - огрызнулась Диана. - К суду я тебя, может, и не привлеку, но найду способ укоротить твой язычок!

Нечего и пытаться их утихомирить, подумала Эмми и попробовала увести разговор в сторону:

- Ди, а что сказала полиция о письме Джастина?

- А, - махнула рукой Диана, - ничего особенного. Мерзкое письмо. С угрозами. Мол, когда-нибудь я получу по заслугам. И прочее в том же духе. Если бы убили меня, Джастин, - ты первый попал бы под подозрение. Но поскольку случилось то, что случилось... Короче, они не придали этому письму особого значения - разве что поняли, что мой отчим - негодяй и мерзавец.

- А моя падчерица - жалкое создание. - Джастин вымученно улыбнулся, и взгляд его снова скользнул по сумочке Эмми. - Они там? Если ты сейчас их мне отдашь, я немедленно пойду и расплачусь, и... - на миг он стал очень серьёзен; дыхание его участилось, - ...и, сказать тебе правду, я буду чертовски рад сбросить с души этот камень.

Эмми колебалась, помня о предостережении мистера Эллердайса:

- Джастин, а ты уверен, что... Видишь ли, это очень крупная сумма. Может быть, будет лучше, если ты пойдёшь не один?

- Господи, нет! - Джастин подпрыгнул и протестующе выставил холёную ладошку. - Этого ещё не хватало!