Диана первой заметила Эмми:

- Эмми, представляешь, полиция нашла то подлое письмо от Джастина! Они перерыли все бумаги в доме, перечитали все письма до единого!

Джастин выпустил шнур и повернулся к Эмми; взгляд его блёкло-голубых глаз был прикован к её сумочке:

- Принесла?

- Принесла?! - глаза Дианы округлились; она вскочила с кресла: - Эмми! Уж не хочешь ли ты сказать, что намерена отдавать его безумные долги?!

Эмми положила сумочку и села, внезапно почувствовав себя очень уставшей:

- Не вижу другого выхода. Ростовщик угрожает Джастину...

- Да, - вмешался Джастин, - угрожает! А ты, Диана, и глазом не моргнёшь, если в одно прекрасное утро меня выловят в Ист-Ривер. С камнем на шее! - добавил он с пафосом.

- Не моргну! - парировала Диана. - Не понимаю, как ты его терпишь, Эмми!

- А что ей остаётся делать? - Джастину явно нравилось глумиться над Дианой. - Я имею право жить в этой квартире до конца своих дней. Времена изменились; я просто не мог бы сводить концы с концами, если бы Эмми время от времени не подставляла мне плечо. К тому же, я был хорошим отцом вам обеим!

- Хорошим отцом! - Диана окончательно пришла в ярость. На щеках её полыхали красные пятна, глаза горели. - Ты считаешь, быть хорошим отцом значит, играть на бегах и бросаться в объятия к ростовщикам?! Я нарочно не говорила тебе, Эмми! Я боялась, что ты тут же помчишься платить за него! Ну как нам от него избавиться?!

- Она не хочет избавляться от меня, Ди. Она меня любит. - Джастин помолчал минутку, затем добавил: - Она верна памяти вашей матери. Чего никто не скажет о тебе, Диана. Готов спорить, ты даже Дугу не хранишь верность. Взять хотя бы этого несчастного, Гила Сэнфорда. Тебя с ним видели повсюду. Что, далеко у вас зашло дело? Молчишь? Правильно, молчи. Кстати: это ты его убила?