Это желание могло показаться странным, но граф решил не покидать короля и быть рядом с ним на случай любых возможных происшествий. Королева прекрасно поняла его и тем не менее даже не повернулась к нему, не поблагодарила ни жестом, ни взглядом, ни словом. Слова Бийо: "Я отвечаю за него перед его женой. - до сих пор язвили сердце Марии Антуанетты. Она думала, что увезет Шарни из Франции, что он вместе с нею уйдет в изгнание, и вот они вместе возвращаются в Париж! А там он снова встретится с Андре! Шарни и представления не имел, что творится в сердце королевы. Он даже не подозревал, что она слышала эти слова; впрочем, у него стали возникать некоторые надежды. Как мы уже говорили, Шарни был послан вперед, чтобы разведать дорогу, и он самым добросовестным образом исполнил эту миссию. Ему было известно, каково настроение в самой ничтожной деревушке. Ну, а Шалон, старинный город, не торговый, населенный буржуа, рантье, дворянами, держался роялистских взглядов. И вот, едва августейшие сотрапезники уселись за стол, вперед выступил принимающий их интендант департамента и, поклонившись королеве, которая, не ожидая ничего хорошего, с тревогой смотрела на него, произнес:

- Государыня, шалонские девушки умоляют милостиво позволить им преподнести вашему величеству цветы. Изумленная королева повернулась к Елизавете, потом к королю.

- Цветы? - переспросила она.

- Ваше величество, - стал объяснять интендант, - если момент выбран неудачно или просьба вам кажется слишком дерзкой, я распоряжусь, чтобы девушки не поднимались сюда.

- Нет, нет, сударь, напротив! - воскликнула королева. - Девушки! Цветы! Впустите их! Интендант вышел, и через несколько секунд в приемной появились двенадцать самых красивых шалонских девушек в возрасте от четырнадцати до шестнадцати лет; они остановились на пороге.

- Входите, входите, дети мои! - воскликнула Мария Антуанетта, простерев к ним руки. Одна из девушек, выбранная