- Друзья мои, - громким и властным голосом обратился Бийо к народу, - приказываю: что бы ни сделал, что бы ни сказал этот человек, ни один волос не должен упасть с его головы. Я отвечаю за него перед его женой.

- Перед его женой! - прошептала королева, вздрогнув, как будто один из штыков, грозящих Шарни, кольнул ее в сердце. - Но почему? Да, почему? Бийо и сам бы не смог ответить. Он сослался на жену Шарни, зная, как действует это слово на людей, из которых состоит толпа: ведь все они были мужьями и отцами.

VКРЕСТНЫЙ ПУТЬ

В Шалон прибыли поздно. Карета въехала во двор интендантства, куда заранее были посланы курьеры, чтобы подготовить квартиры. Двор оказался забит национальными гвардейцами и любопытными. Пришлось удалить всех зевак, чтобы король мог выйти из кареты. Он вышел первым, за ним королева с дофином на руках, потом Елизавета, принцесса и последней г-жа де Турзель. Едва Людовик XVI ступил на лестницу, раздался выстрел, и пуля просвистела над ухом короля. Что это было - попытка цареубийства или простая случайность?

- Ну вот, - произнес король, обернувшись с величайшим спокойствием, - у кого-то нечаянно разрядилось ружье. - И добавил уже громче: - Будьте внимательней, господа, а то как бы не случилось несчастья! Шарни и оба телохранителя беспрепятственно проследовали за королевским семейством. И все же, несмотря на злополучный выстрел, королеве сразу показалось, что атмосфера здесь куда дружественней. За воротами, перед которыми остановилась толпа, сопровождавшая их в пути, крики тоже утихли; когда королевское семейство вышло из кареты, послышался даже сочувственный шепот; на втором этаже пленников ждал обильный и пышный стол, сервированный с большим изяществом, увидев который они с удивлением переглянулись. Там же стояли в ожидании слуги, однако Шарни потребовал, чтобы ему и обоим телохранителям была предоставлена привилегия прислуживать за столом.