— Явился? Садись-ка рядом да береги мое оружие пуще глазу. Последнее слово техники.

— Что-то тяжеловато оно, твое «последнее слово, да и габариты не космические, — поддразнил Климов влюбленного в свои приборы Константина Баркова. — Садись, Саша. А ты, Костя, давай за руль и поехали. Дорогой поговорим.

Машина плавно тронулась с места, миновав ворота, вырвалась на свежеполитую зеленую улицу. Майор, обернувшись к Колоскову, начал инструктаж. По выработавшейся с годами привычке говорил кратко, сжато, четко формулируя мысли.

— Задача — осмотреть бывшее жилье Рачинского. Квартира может многое рассказать о хозяине. Позавчера я договорился с Маслаковым, сегодня он дома один, ждет нас. Комнату Рачинского отдали семье Павла Ивановича, там будут жить его внуки. Будут — потому что сейчас они в пионерском лагере. Мебели у Рачинского было немного, часть он продал Маслакову. Кое-какую рухлядь просто оставил. Ремонт Павел Иванович еще не делал. Посмотрим, может быть, там и сохранилось что-нибудь заслуживающее внимание. И посмотрим капитально. Костя захватил новую портативную рентгеновскую установку. Если вояж Рачинского по оборонным объектам не случаен, то вполне вероятно, что он имел тайник. Все ясно?

— Ясно, товарищ майор, — ответил Колосков, мысленно обругав себя за то, что эта в сущности простая мысль не пришла ему в голову.

Инженер-капитан Барков, уже посвященный в суть дела, молча кивнул. Вскоре центр города остался позади. Перевалив через виадук, машина скользнула в новый заводской поселок. Крупноблочные свежепокрашенные дома обступили дорогу.

— Вваливаться в квартиру все сразу не будем, заметно очень, а лишние разговоры ни к чему. Высадите меня на Грибоедова, у проходного двора, я зайду первым. Вы заезжайте с проспекта Строителей и идите вместе. Вопросы есть?

— Можно общего порядка? — Саша Колосков всем телом подался вперед. — Алексей Петрович, мне не совсем понятно, зачем наше расследование окружать такой тайной? Даже сейчас вот осторожничаем, а Рачинского-то здесь нет, он же уехал.