- Я приехал просить вас, полковник, чтобы вы взяли меня в ваш полк.

- Вас! в полк!.. Да вы ребенок, - извините, пожалуйста.

- Нет, господин полковник, я уже не ребенок... я могу владеть оружием...

- Но простите, я не знаю, кто вы...

- Я дворянин, полковник... Моя фамилия - Дуров... Я хочу служить царю...

- Но для этого есть законный путь.

- Для меня он закрыт, господин полковник: отец запрещает мне служить, а я желаю.

- Но вы не из казачьего роду?

- Нет, мой отец русский дворянин, служил в гусарах.

- В таком случае вы не можете быть казаком: против вас закон.

Девушка побледнела и зашаталась. Тревоги нескольких дней, почти две ночи, проведенные без сна, последняя ночь, полная потрясающих впечатлений, пятьдесят верст на седле без роздыха, без сна, без пищи, страстность, с которой все это делалось, чтобы исковеркать всю свою жизнь как женщины, боязнь и мука за отца, грозное и неведомое будущее, наконец, просто усталость, разбитость нежного тела и нервов - все это заставило зашататься необыкновенную девушку. Офицеры заметили это и подскочили к ней. Сам полковник поддержал ее.

- Простите... успокойтесь... вам дурно...

- Нет, благодарю... я устала... (Девушка спохватилась на окончании женского рода, и слабая краска опять залила ее бледные щеки), - я не спал две ночи...

Полковник ласково держал ее за руку.

- Ручонки-то какие - совсем детские... Да, вам надо отдохнуть, а там мы потолкуем, - говорил он нежно. - Господа, пойдемте ко мне... милости прошу и вас, госпо" дин Дуров.

Девушка сделала знак Алкиду - он пошел за нею.

- Ах, какой дивный конь! - заметил полковник.

- Да, его хоть в гостиную, - засмеялся молоденький офицер. Пожалуйте, господин Алкид, - как вас по батюшке...

Все засмеялись. Алкид чинно выступал за офицерами, словно и в самом деле собирался в гостиную.

- Ах, какой милый конь! какая умница!.. Лузин, выводи его да задай ему овса, - распорядился полковник, обращаясь к вестовому.