– А потом из твоей пушки ухлопали Харвея и смылись. Складно получается. Свидетели, алиби – что у тебя есть для защиты?

– Я одинок, как полярный волк. Самый удобный клиент для подставки. Второго такого трудно найти.

– Ты раньше встречался с убитым?

– Нет. Он редактор «Голоса», а здесь за милю несет политикой. Не мой профиль.

К машине подошел человек в штатском. Твитт приоткрыл окно.

– Ну что там, Барри?

– Нашли пушку. Тридцать восьмой калибр. В барабане не хватает двух патронов. Тех, что застряли в покойничке. Из ствола несет гарью на расстоянии.

Барри подал лейтенанту пакет с оружием.

– И еще. Вот этот конверт был приклеен к ноге убитого клейкой лентой. Почти у самого колена.

Следом за револьвером в окошке появился плотный пакет. Твитт не глядя бросил вещи на сиденье рядом с собой.

– Разберемся. Пройди к бензоколонке и посмотри что там. Подозрительно тихо, а свет во всех окнах.

– О'кей, шеф.

Когда полицейский отошел, лейтенант вернулся к допросу, похожему больше на приятельскую беседу.

– Делай выводы сам, Элжср. Допустим, я поверю, что тебя превратили в козла отпущения. Но вряд ли того же мнения станет придерживаться большое жюри. А если к этому добавить, что капитан Караден на дух не выносит частных сыщиков, то ты здорово влип. И это с твоим-то опытом!

– Я бы нашел этих головорезов, лейтенант.

– Сидя в камере? Сработано чисто. Ребята ушлые, сачком для бабочек их не накроешь. А шеф наш нетерпелив. Затевать расследование, когда есть чистый кандидат с безупречными уликами? Не на того напал.

– Объяснять не надо.

– Что-то я о тебе уже слышал, Элжер.

– Пару раз обо мне писали. Чепуха все это.