- Приятель твой пришел. Вот отдай ему голубей на попечение - и весь сказ.

Когда я рассказал Петьке Маремухе, что мы переезжаем, он отмахнулся. Он, слушая мой рассказ, недоверчиво заглядывал мне в глаза, думая, что я его обманываю.

Лишь когда мы подходили к главной улице города, Почтовке, Петька наконец поверил моим словам и - было видно по всему - огорчился, что я покидаю Заречье.

- Петро, давай меняться на твой зауэр, - предложил я.

- Выдумал! - сразу встрепенулся Маремуха. - Пистолет я ни на что менять не буду. Он мне нужен самому.

- "Нужен, нужен"! - передразнил я Маремуху. - Все равно его у тебя отымут.

- Кто отымет? - переполошился Маремуха.

- Известно кто: милиция.

- Кому он нужен? Он же ржавый.

- Ну и что ж такого? Все равно оружие.

- Какое там оружие! Ты же знаешь, что на Подзамче у каждого хлопца есть по десяти таких пистолетов. Обрезы прячут, и то ничего.

Петька говорил правду. После гражданской войны, после гетмана, петлюровцев и сичевиков в нашем городе оставалось много всякого оружия, и хлопцы продолжали хранить его в разных потайных местах.

Но все равно я решил припугнуть Маремуху и уверенно сказал:

- Отымут твой пистолет, вот посмотришь. Это раньше можно было держать оружие, а теперь война кончилась - и довольно. Давай лучше, пока не поздно, я выменяю его у тебя.

- Ну если у меня отымут, то и у тебя отымут! - живо ответил Петька Маремуха и, подмигнув, добавил: - Ты хитрый, Васька, думаешь, дурного нашел.

- Ничего не дурного. Я же в совпартшколу переезжаю, а там мне никто ничего не скажет. Там военные живут.

Несколько минут мы сидели молча.

Мы давно дружили, и я знал, что Петька трусоват. "Лучше помолчу, думал я. - Пусть призадумается над моими словами".

Помолчав немного, Петька засопел от волнения и спросил:

- Ну, а что бы ты дал за пистолет?

- Голубей могу дать...