-- Действительно Нурматов уехал в Ташкент на совещание? -- спрашивает он нехотя.

-- Я все проверил, Анвар Абидович, угадал ваше желание: он сейчас в прокуратуре республики на совещании по вопросу о случаях коррупции и взя-точничества в органах милиции.

-- Он что, делится там опытом? -- И оба пры-скают со смеху, и неуверенность шефа пропадает.

-- Впрочем, если бы Нурматов был в Заркенте, разве он вам помеха, мешал когда-нибудь? -- скаб-резно улыбается помощник.

-- Пошлый ты человек, Юсуф, -- мягко журит хо-зяин. -- Родственник он мне все-таки, и не забывай, кто я, -- мораль, традиции блюсти следует.

Помощник, обходя красный ковер стороной, поки-дает кабинет, раздумывая, сказать ли ожидающим в приемной, что секретаря обкома после обеда не будет и лучше прийти завтра, но в последний момент передумывает и молча скрывается за тяжелой дубовой дверью с надраенной медной табличкой "Ю.С. Юнусов" -апартаменты у них с шефом напротив.

Анвар Абидович поднимает трубку прямого те-лефона: хоть и не положено по чину начальнику областного ОБХСС Нурматову иметь двузначный но-мер, а он распорядился установить, уравнял с членами бюро, двух зайцев убил сразу. Вроде возвысил свояка, поднял его авторитет, и для себя удобство: раньше Шарофат от безделья вечно на городском висела, не дозвонишься, а этот всегда свободен, пять аппаратов, один даже в ванной велел поставить -- не любит он ждать. С другого конца провода тотчас слышится капризный голос Шарофат:

-- Забыл свою козочку, заркентский эмир?

Анвар Абидович говорит ласковые, нежные слова, у него и голос изменился сразу, но тут же не-ожиданно переходит на прозу жизни, спрашивает, есть ли в доме обед, и, получив ответ, обещает быть через час. Положив трубку, он связывается по внутреннему телефону с обкомовским поваром и заказывает обед; знает, что через полчаса все будет аккуратно уложено в машине -- выездное обслуживание шефа для того не внове.