- Мы очень ценим дяденьку! - продолжал молодой человек, - очень ценим и никогда не подведем его, нет! У нас все довольно остроумно устроено...

IV

Месяца через два после этого разговора пронесся зловещий слух о грандиозном хищении в ведомстве, где служил дяденька; говорили, что прикосновенных накрыли. Вскоре слух этот попал и в газеты; по словам корреспондентов, обнаружилось нечто действительно колоссальное. В Коломне и Песках наступила паника.

Все родственники ходили как ошалелые; многие отправились пешком к Сергию{430} излить горе в молитве; нечего и говорить, что все сочувствовали Протасу Ивановичу, бранили этих "подлецов", забывших бога, которые подвели дяденьку, и горько сожалели, что теперь, пожалуй, многим из них не придется приобретать "по случаю" разных необходимых предметов по хозяйству. "Как-то теперь будет жить дяденька?.. Он ведь себе ничего не прикопил! Бессребреник ведь дяденька!" Но ехидная статская советница и при таких обстоятельствах не удержала своего языка.

- Пролаз-то Иваныч не прикопил? - заметила она. - Он-то?!

И, задыхаясь от волнения, словно боясь, что ей не дадут говорить, она начала перечислять, сколько "урвал" дяденька разными подъемными, пособиями, остаточными и так далее, и заключила свою ехидную речь восклицанием: "Пролаз Иваныч не пропадет... не таковский!"

Я отправился к дяденьке Протасу Ивановичу узнать правду. Вхожу в кабинет. Он шагает быстрыми, нервными шагами, взволнованный, расстроенный. Увидав меня, он остановился, протянул руку и остановил на мне свой взгляд. Какое-то недоумение стояло в этом взгляде маленьких глаз, в чертах этого мясистого, широкого лица.

- Кто бы мог этого ожидать! - проговорил он наконец. - Кажется, у меня сосредоточены все сведения... (Он указал рукой на стену, покрытую картами и таблицами.) И вдруг... Подлецы!

Я не знаю, закралось ли в его гениальную голову чувство недоверия к таблицам, или какая-нибудь новая "предупреждающая" таблица озарила его мозг, но только он поник головой и несколько времени молча стоял перед этими таблицами, скрестивши руки, как Наполеон на статуэтках.



17 из 19