И окна и балконная дверь были закрыты. Открыл балконную дверь и вышел. Ночь была тихая, свежая. Горели крупные звезды, и где-то прячущаяся луна серебрила сверкающую плащаницу невообразимо огромного волшебного моря. Александр вернулся в комнату, нашел в сумке пачку "Стюардессы", зажигалку и, вернувшись на балкон, закурил. Щека, залепленная толстым бактерицидным пластырем, слегка ныла. Голова, однако, несмотря на диагноз, последствий сотрясения мозга не ощущала, ушибы и ссадины не чувствовались. Было легкое похмелье. Спирт, предложенный врачом в качестве анестизирующго и болеутоляющего, уже выветрился и хотелось выпить пива. Но главное было то, что где-то в городе, совсем рядом, живет и ждет его Лена, с которой он, конечно же, сегодня случайно разминулся. В палате, из чисто мальчишеского любопытства, прошелся по тумбочкам. И был вознагражден. В ближайшей к его кровати тумбочке, на нижней полке, оставленные щедрым меценатом этого вида искусств, нашлись: откупоренная, но полная бутылка коньяка, упаковка банок водки с тоником и две бутылки пива. Меценат был, возможно, прежним здешним постояльцем. Решив, что подарок судьбы оставлять негоже, Александр открыл банку и с наслаждением выпил. А то от прежде выпитого спирта стала его томить жажда. Потом Александр подошел к двери, выключил свет, прилег поверх одеяла и незаметно уснул. Александр спал уже некоторое время и, казалось, разбудить его уже никто не сможет, так, оказалось, устал... Но нет: среди ночи промелькнуло что-то и, широко раскрыв глаза, он тревожно уставился в светлый мрак пустой палаты, неведомыми силами предоставленный ему на эту ночь. В открытую балконную дверь свободно входил свежий ночной воздух. В комнате прозрачно и светло, глаза привыкли к темноте, видят каждую деталь, каждую мелочь в комнате... Выглянула луна и, застыв, пласты лунного света упали на пол и стены, крестообразно выделив оконную раму. Спать совсем не хотелось. Вверху светлыми дымами проплывали редкие облака, в просветах открывая черно-синее, усыпанное звездами небо.