Чего я не могла с уверенностью гарантировать ему на ближайшее будущее.
Берт увидела Джейка долей секунды позже меня.
– Джейк! – выдохнула она, взмахнув зонтиком для пущей убедительности. – Почему ты нам не отвечал?! – Недавний страх сменился на ее лице лютой злостью.
Джейк подскочил как ошпаренный, совершил какие-то странные пассы и повернулся к нам. При виде моей кочерги он неприятно удивился – и уж совсем озадачился, заметив зонтик в руке Берт.
– Я вас не слышал, – ответил он, дистанцируясь от Берт и зонтика: – Занят был, понимаете? Все здесь осматривал.
Прислонив кочергу к стене, я уставилась на него. Осматривал, значит? Я покосилась на свою кровать.
Теперь, когда Джейк отошел в сторону, разглядеть, что же лежит на пикейном покрывале, не составляло труда. А лежали там два образчика моего нижнего белья, причем создавалось впечатление, что их только-только туда бросили.
Вот оно что. Я вдруг поняла, почему Джейк так странно взмахнул руками, как только Берт его окликнула. Он избавлялся от того, что держал в руках, – двух моих граций: черной шелковой и кружевной персиковой. Обе эти штучки я выписала – в чем не стыжусь признаться – по каталогу «Фредерик» несколько месяцев назад, когда у нас с Тэбби все еще было в полном разгаре.
Теперь-то я, конечно, понимаю, что отношения те были обречены с самого начала: разве можно всерьез на что-то рассчитывать с мужчиной по имени Тэбби? Который к тому же не прочел ни единой книжки за двадцать последних лет.