- Они не меня прибежали защищать, - возразил я.

- А кого?

- Не кого, а что. Свои рабочие места.

- Надо же! - удивился второй. - Цивилизуемся! Они попросили у меня санитарный пакет и моток веревки, упаковали моих гостей, умело наложив перед этим шину на сломанную руку качка, заклеив пластырем его разрезанную ноздрю и перевязав обладателя черного пояса. Потом сложили в кучку их стволы и снова уселись на верстаке.

- И долго мы будем чего-то ждать? - спросил я.

- Минут десять, - взглянув на часы, ответил первый.

И верно, ровно через десять минут у ворот столярки затормозила неприметная серая "Волга" с московскими номерами, без всяких там мигалок и антенн спецсвязи. Из машины вышел человек в штатском - начальник оперативного отдела УПСМ - Управления по планированию специальных мероприятий - полковник Константин Дмитриевич Голубков.

* * *

...Через час, когда встревоженная Ольга, наконец, вернулась домой, в столярке уже ничто не напоминало о недавних событиях, а мы с Голубковым сидели во дворе на бревнах и вели неторопливую беседу. Но переход к этой беседе оказался нелегким.

Выслушав короткий рапорт одного из студентов, полковник раздраженно прервал мою попытку объясниться:

- Отставить! Я все слышал! Он жестом потребовал у одного из студентов коробочку рации, вышел на связь:

- Я - Первый, вызываю Пятого. Что там у тебя?

Таблеткой микрофона он пользоваться не стал, поэтому я услышал сквозь шум помех довольно отчетливый ответ Пятого:

- Стоит, где и раньше. Неподалеку от церквушки. Ждет. Зеленый "жигуль" шестой модели. Один. Ведет наблюдение из салона. Бинокль или бинокуляр с блендами.

- Контакты?

- Никаких. С полчаса назад подошел местный священник, поговорили с минуту. Видно, спросил, кого тот ждет, или что-нибудь в этом роде. Все.

- Задача прежняя. Конец связи.

Голубков вернул рацию и коротко приказал: