- Ошибаешься. Не можем мы его выдать. Придется же объяснять, как он оказался в Москве.

- У нас есть на кого валить. Кагэбэшные дела. Тем более что так оно и есть.

- А как ты объяснишь, почему мы укрывали его целых семь лет? Не КГБ укрывало, а ФСБ - служба безопасности новой России. Про листок между столами расскажешь? Кто же тебе поверит? Забыли, а? Детский сад. А поверят - еще хуже. Выставить себя на посмешище перед всем миром - кто же на это пойдет?

- Я бы пошел, - сказал Голубков, закуривая новую сигарету. - Да, пошел бы. Мало мы весь мир смешили? Ну еще раз посмешим. Зато избавимся от этой головной боли.

- Я бы тоже пошел, - подумав, кивнул Нифонтов. - Но не нам с тобой это решать. А те, кому решать, и слушать не захотят. Престиж России! Шутка?

- А интервью, которое Пилигрим хочет взять у Рузаева, - шутка? Ты сам прекрасно представляешь, какую сенсацию он хочет испечь. Этой встречи нельзя допустить.

- Как? Никаких преступлений на территории России он не совершал. А если и совершал, то мы о них ничего не знаем. Нам его даже задержать не за что.

- Проживание по фальшивым документам, - подсказал Голубков.

Нифонтов только рукой махнул:

- Ерунда. Доказать, что они фальшивые, будет очень непросто, в КГБ работали профессионалы. Но даже если докажем, что? Полгода тюрьмы? Депортация? А это все равно что отпустить щуку в реку. И вечно держать его под колпаком мы не можем. При его опыте он вполне может уйти и все-таки связаться с Рузаевым.

- Есть третий вариант, - напомнил Голубков. - Тебе его предлагали?

- Да, - кивнул Нифонтов. - Предлагали подумать. Я сказал, что категорически против. Убрать неудобного человека - простой выход. Но после этого мы становимся на одну доску с преступниками. Это мы уже проходили по полной программе.