За столиком около окна одиноко сидел Гебхардт. Клос посмотрел на его усталое лицо и дрожащую руку, в которой тот держал кружку пенистого пива. И вдруг Клосу пришла в голову дерзкая мысль использовать эту ситуацию – хотя она была раскованной, – чтобы ускорить ход событий, если, конечно, господин Гебхардт примет в ней участие.

Клос встал и направился к его столику.

– С вашего позволения, господин Гебхардт?

– Прошу вас! Может быть, кружку пива? – громко осведомился советник.

– Нет, благодарю вас.

– Тогда сигару?! Настоящая гаванская.

– Благодарю, я курю только сигареты, господин Гебхардт, но другие привычки у нас с вами почти одинаковые.

– А именно? – с удивлением спросил Гебхардт.

– Мы любим с вами ночные прогулки, господин советник.

Гебхардт долго молчал. Медленно потягивал пиво, а потом посмотрел покрасневшими глазами на Клоса:

– Что вы имеете в виду, господин капитан?

Взгляд Клоса излучал такую невинность, которая могла растрогать любого.

– Да ничего особенного. Только то, что я сказал: мы с вами любим ночные прогулки… – И, заметив смущение Гебхардта, Клос решил нанести ему решающий удар: – Вы, господин советник, необычайно храбрый человек… Немногие из нас, немцев, отважились бы здесь, в генерал-губернаторстве, в одиночестве отправиться ночью в лес.

Удар достиг цели, Гебхардт съежился и наклонился над столом, пытаясь понять, что же известно Клосу и что ему надо от него.

«Теперь в состоянии неуверенности и отчаяния необходимо оставить его одного», – подумал Клос, поднялся из-за столика и по-прусски прищелкнул каблуками.

– Я к вашим услугам, господин советник! Надеюсь, что при следующей встрече мы побеседуем более подробно, – откланялся Клос.