В кабинете воцарилась тишина. Больдт равнодушно смотрел в пространство, Ганна Бесель демонстративно рассматривала Клоса, отчего капитану было как-то неловко.

– Этот микрофильм, – полковник повысил голос, – видимо, находится уже у агента иностранной разведки, ибо наши люди сразу после ареста Фромм вскрыли тайник, но там уже ничего не было.

В кабинете снова стало тихо. Клос не знал, на кого работала Ева – на американцев, на англичан или на русских, но он думал сейчас о ней, как о солдате, погибшем в бою.

– И вот в связи с этим делом, – продолжал Лантнер, – майор Бесель и капитан Клос должны будут выехать в Польшу, Там, в генерал-губернаторстве, есть небольшое местечко Лиско-Здруй, где размещается дом отдыха для офицеров. Мы предполагаем и даже уверены, что в ближайшее время в Лиско-Здруе появится агент противника, полковник Конрад, и что цель его приезда – встреча со связным их разведки в Берлине, который должен доставить микрофильм с планами укреплений на нашем Западном фронте.

«Откуда это вам известно?» – хотел спросить Клос, но промолчал. Он понимал, что на этот вопрос ему не ответят.

– Мы располагаем точной информацией, – продолжал Лангнер. – В Лиско-Здруе уже более пятнадцати лет работает наш агент. Он отлично законспирирован, член польской подпольной сети. Его имя Плюш. Прошу вас, господин Клос, запомнить это имя – Плюш.

– Так точно, – отозвался Клос и добавил: – Понимаю, мы должны убрать Конрада и его агентурную сеть, – прекрасно понимая, что он едет туда совсем не за этим. Клос продемонстрировал перед Лангнером полное отсутствие сообразительности, которое так ценят в своих подчиненных прусские офицеры.

– Вы же, господин Клос, работаете не в гестапо! – бросил пренебрежительно Лангнер. – Майор Бесель будет играть роль Евы Фромм и послезавтра выедет в Лиско-Здруй, чтобы вручить Конраду пленку с нашими оборонительными укреплениями. Вот этот микрофильм. – Лангнер бросил, на стол катушку с микропленкой. – Вы, господин Клос, будете действовать в роли офицера безопасности.