- Экая скотина! - шепнул второй помощник с "Малахини" Питеру Джи.

- Да хоть и будет шторм, что из этого? - сказал капитан "Долли". Хикихохо никогда еще не заливало.

- Тем вероятнее, что придет и его черед, - возразил капитан Уорфилд. - Не доверяю я этому Хикихохо.

- Кто теперь каркает? - упрекнул его Гриф.

- Черт! Обидно будет потерять новый мотор, пока он не окупился, пробурчал капитан Уорфилд.

Парлей с неожиданным проворством метнулся сквозь толпу к барометру, висевшему на стене.

- Взгляните-ка, мои храбрые моряки! - воскликнул он торжествующе.

Тот, кто стоял ближе всех, наклонился к барометру. Лицо его вытянулось.

- Упал на десять, - сказал он только, но на всех лицах отразилась тревога, и казалось, каждый готов сейчас же кинуться к выходу.

- Слушайте! - скомандовал Парлей.

Все смолкли, и издали донесся необычайно сильный шум прибоя: С грохотом и ревом он разбивался о коралловый берег.

- Большую волну развело, - сказал кто-то, и все бросились к окнам.

В просветы между пальмами виден был океан. Мерно и неторопливо, одна за другой, наступали на берег огромные ровные волны. Несколько минут все, кто был в комнате, тихо переговариваясь, смотрели на это необычайное зрелище, и с каждой минутой волны росли и поднимались все выше. Таким неестественным и жутким был этот волнующийся при полном безветрии океан, что люди невольно понизили голос. Все вздрогнули, когда раздалось отрывистое карканье старика Парлея:

- Вы еще успеете выйти в открытое море, храбрые джентльмены. У вас есть шлюпки, лагуну можно пройти на буксире.

- Ничего, - сказал Дарлинг, подшкипер с "Кактуса", дюжий молодец лет двадцати пяти. - Шторм идет стороной, к югу. На нас и не дунет.