Она всегда боялась его гнева, испугалась и сейчас. Ужас застыл в ее бегающих глазах — она пыталась найти оправдание.

— Это было всего лишь раз, — нерешительно проговорила она. — Он соблазнил меня. Я ошиблась. Он ничего для меня не значит. — Но ложь была очевидной. — Я люблю только тебя. Прости! — потянулась она к мужу.

Ее губы призывно приоткрылись. Попытка изменницы умиротворить его столь примитивно превратила гнев в жгучую ярость.

— Ты заплатишь за предательство! — крикнул самурай. Он резко подался вперед, схватил пискнувшую от неожиданности жену и бросил за борт.

Она плашмя упала в воду, окатив лодку фонтаном брызг. Ее длинные волосы разметались, она забила по воде руками, отчаянно пытаясь не уйти в бездонную черную глубину.

— Пожалуйста! — в ужасе закричала она. — Прости! Я раскаиваюсь! Спаси меня!

Жажда мести была сильнее любви, которую самурай еще испытывал к своей жене. Он решительно взялся за весла. Она уцепилась за борт, а он бил ее по рукам, пока она со стоном не отпустила свою опору, и стал грести в сторону.

— Помогите! — кричала она. — Я тону. Помогите!

Петарды грохотали, заглушая ее вопли; никто не пришел к ней на помощь. Удаляясь к середине озера, самурай наблюдал за тонущей женой, слушая ее затихающие крики — срезанная лилия, погибшая в пруду. Душа самурая торжествовала. Голова женщины скрылась под водой, по поверхности в сторону пятна света от его фонаря пошли круги. Потом наступила тишина.

Самурай опустил весла. Когда лодка остановилась, его радостное возбуждение исчезло. Горе и чувство вины разрывали сердце. Любимая жена ушла навсегда, он убил ее своими руками. Дружбе, которой он дорожил, пришел конец. Охваченный отчаянием, самурай зарыдал. Он не боялся наказания — смерть жены вполне можно объяснить несчастным случаем, и даже если что-то заподозрят, закон простит важную персону из правящего класса воинов. Но угрызения совести и гордость требовали расплаты. И жить было невыносимо.