Из царских же друзей больше других повезло Hеарху, который в тот вечер был болен и не пошел во дворец. Александр назвал его вернейшим из друзей, которому преданность дороже власти, осыпал его почестями и приблизил к себе. Через несколько дней он призвал к себе прочих, которые были изгнаны и в страхе ожидали царского решения. Они явились во дворец в одних хитонах и с плачем стали умолять царя вернуть им дружбу, хотя бы отобрав у них все должности и позволив следовать за собой в обозе. Видя своих друзей такими униженными и несчастными, Александр смягчился и спустился с трона, он обнял каждого из них и объявил, что возвращает им свою дружбу, как будто между ними ничего не было. Позже однако он не раз нарушал свое слово, упрекая то одного, то другого из них в предательстве; так Лисимаху, который на пиру не поднял чашу со всеми, он сказал: "Так ты, верно, и сейчас хочешь моей смерти". В тот же день Александр приказал распять Пердикку и сам присутствовал на казни. Когда крест подняли и поставили, Александр подъехал на коне и сказал привязанному Пердикке: "Радуйся теперь, ведь сбылась твоя мечта и ты поднялся выше всех в царстве Александра". Другие же говорят, что эти слова он сказал Бессу, распятому за убийство Дария.

LXXIX. Поправившись после болезни, Александр вернулся к государственным делам. Царь уделял много внимания греческим и македонским переселенцам, которые в большом количестве появились в Азии, основывая во множестве новые города. Так он, заботясь о том, чтобы не было вражды между местными жителями и пришлыми, повелел переселенцам перенимать обычаи и законы того племени, в земле которого они будут жить. Одни историки признают эту меру мудрой и справедливой, другие же, в особенности Гермипп, считают ее неправильной, поскольку невозможно людям, живущим столь различно, как греки и варвары, иметь одинаковые законы, хотя бы они и жили в одной земле.