Как-то утром (мне было около полутора лет) собачка попала под машину и вскоре издохла. Дядюшка Фэрли отнес безжизненное тельце Фриски на городскую свалку, что в то время в Джорджии было совершенно обычным способом похоронить животное. В Портердейле это был день печали; и хотя моя семья не выказывала никакой скорби (как обычно), я все же подслушал их перешептывания о том, что «бедный малыш Фриски умер».

Ровно через три дня, к великому удивлению всех и каждого, Фриски прибежал домой. Что с ним стряслось в действительности, мне никогда уже не узнать, но он прожил еще многие годы. Мне же казалось абсолютно нормальным, что мой компаньон пересек «грань» и вернулся обратно.

Так мое первое знакомство со смертью оказалось аналогичным тому опыту околосмертных состояний, который мне предстояло изучать; но подлинную взаимосвязь этих явлений я стал осознавать лишь по прошествии пятидесяти лет, когда мы начали писать эту книгу. Были бы созданы новые термины вроде околосмертною состояния, увлекся бы я этой темой, если бы Фриски не «воскрес из мертвых»? Этот случай оказал сильное влияние на мою жизнь и все еще воздействует на мое отношение к проблеме смерти самым сильным образом. Само происшествие частично остается за пределами моего сознания, но последующие впечатления сохранились совершенно отчетливо.

В ожидании прихода отца с работы я время от времени выглядывал из-за угла нашего домика в деревенском стиле. Наконец папа появился на дороге. Я отчетливо помню его белую рубашку и короткую стрижку, то, как он неторопливо шел мне навстречу. А потом наклонился и спокойно объяснил:

— Я задержался. Когда я собрался уходить из больницы, у человека случился сердечный приступ прямо у меня на глазах. У него остановилось сердце, и мне пришлось вскрыть грудную клетку и провести прямой массаж сердца, чтобы заставить его биться.