
Вместе с мисс Маккрудер - та до сих пор, как ни странно, не проронила ни слова - он отозвал воспитанников с края набережной. Лодка быстро приближалась. На ее борту, кроме штурмана, находились еще двое матросов, одетых в черные шапки-ушанки и тяжелые бушлаты. Майк не мог разглядеть лица штурмана за толстым стеклом рулевого отсека. В баркасе не было ни капитана Винтерфельда, ни Пауля.
- Да, на такой "скорлупке" мы доберемся до корабля нескоро, - проворчал Хуан.
Макинтайр покосился на него и приготовился ответить, но в эту минуту внимание всех привлекли громкие крики на другом конце улицы.
Майк обернулся и увидел, что рабочие бросили свои тележки и громко заспорили с незнакомцем. Вскоре их ссора перешла в драку.
- Эй! - крикнул Бен. - Вы только посмотрите! Побежим туда?
Он хотел помчаться к месту происшествия, но Макинтайр ловко схватил его за руку и удержал.
- Туда нельзя! - строго сказал он. - Оставайтесь здесь! Не хватало еще впутываться в портовую драку! Что я потом скажу вашим родителям?
Бен состроил недовольную гримасу. Он даже не пытался выдернуть руку и послушно вернулся на набережную. Макинтайр встревожился не зря - драка переросла в настоящую расправу. Вопли дерущихся стали громче. На одного человека набросились сразу четверо.
Сначала Майк перепугался, но скоро заметил, как ловко незнакомец отражал удары дюжих противников, и почувствовал к нему уважение. Конечно, в неравной схватке он победить не мог. Это только в фильмах герой запросто раскидывает врагов, а в жизни так не бывает. Однако тот не сдавался.
Рослые парни обступили его со всех сторон. Они размахивали кулаками и ставили подножки, но их жертве каким-то образом постоянно удавалось уворачиваться и даже наносить ответные удары. Нападавшие не раз бывали сбиты с ног.
Наконец среди дерущихся Майк разглядел этого человека: смуглый, черноволосый, невысокий, но стройный, он двигался проворно, как кошка, и наносил удары так быстро, что Майк не успевал увидеть, кому они доставались. Он дрался отчаянно, но круг нападавших смыкался все теснее. Исход побоища был предрешен. Неравенство сил было слишком велико.
